Задержка, которую ты убираешь

Во что обходится человек между сигналом и заявкой

Сначала преврати задержку в величину. За t минут сессии в 390 минут цена сдвигается, как правило, на своё дневное стандартное отклонение, умноженное на корень из t, делённого на 390. У малой капитализации из урока 68 дневное стандартное отклонение равно 2,8347 процента, значит одна минута — это 14,35 базисного пункта, пять минут — 32,10, а тридцать минут — 78,62. Именно эти числа приводят, когда хотят склонить тебя к автоматизации, и каждое из них больше самого преимущества.

И все они мимо, потому что движение без направления — это не издержка. Половину времени эти пять минут в твою пользу. Задержка делает другое: она отнимает у позиции время, и вот эту арифметику стоит проделать внимательно, потому что её никто не печатает.

Сначала договорённость. Сигнал называет цену и выход. Войти на t минут позже значит собрать движение от собственного входа до того же выхода, а не от сигнала до него, то есть ты в позиции T минус t из тех T минут, что задумывал. При случайном блуждании собираемое преимущество пропорционально времени, что ты действительно внутри, а шум — корню из этого времени. Раздели: отношение, которое ты пытаешься измерить, падает как корень из единицы минус t на T. Возведи это в квадрат, потому что сделки, нужные измерению, идут как квадрат его отношения шума к сигналу, и число сделок растёт как единица на единицу минус t на T.

Больше внутри ничего нет. Ни волатильности, ни инструмента, ни твоего размера, ни этих 32,10 базисного пункта. Единственная величина, которая выживает, — это задержка как доля срока удержания, и поэтому в таблице ниже нет ни одной цены.

Прочти первую строку, а потом третью. Подожди столько, сколько собирался держать, и собирать уже нечего — это честная форма предостережения о колебании на скальпе. Держи сессию, и те же пять минут стоят восемь сделок из 589, что при сорока сделках в месяц, назначенных уроком 65, добавляет шесть дней к пятнадцатимесячной проверке. Держи месяц, и это не стоит ничего измеримого. Задержка, с которой начинается любой текст об автоматизации, при тех сроках удержания, какими люди действительно торгуют, стоит примерно неделю.

Почти никто из автоматизировавших стратегию не делил собственную задержку на собственный срок удержания. Это две отметки времени из твоей же записи и одно деление, и они решают, относится ли к тебе вообще всё остальное на этой странице.

Итак, если колебание стоит восемь сделок, интересный вопрос — что оно, кроме этого, для тебя делало. Оно делало одно, и делало это каждый раз. Урок 20 кладёт один R на твой риск на сделку, значит счёт с риском в два процента на сделку — это пятьдесят R. Правило, которое входит снова всякий раз, когда его условие истинно, прибавляет один R подверженности при каждом взгляде. Человек смотрит несколько раз в час и скучает. Цикл смотрит по таймеру, и сколько взглядов нужно, чтобы под риском оказался весь счёт, — это не оценка, а деление: единица, делённая на твой риск на сделку.

Каждая строка — это те же пятьдесят заявок. Меняется только то, сколько у тебя времени, и ни один из этих сроков не настолько длинен, чтобы его заметил человек, занятый чем-то другим. Ручная версия этой ошибки требует, чтобы ты подал пятьдесят заявок вручную, и где-то на четвёртой ты бы остановился. Эта остановка никогда не была рассудительностью. Это была задержка.

Лист, который этот модуль строит с урока 62, получает восьмой столбец, и это жёсткий предел того, сколько правилу позволено держать одновременно, записанный в R, а рядом — интервал, на котором этот предел проверяется. В уроке 70 весь лист расходуется разом.

Пятьдесят заявок на счёте в пятьдесят тысяч долларов

Возьми счёт в 50 000 долларов с риском два процента на сделку: один R равен 1 000 долларов, а счёт — пятьдесят R. Поставь цикл на пятисекундный таймер, желание совершенно обычное, и дай ему условие, которое остаётся истинным: уровень, который уже пробит, индикатор, залипший на крайности, флаг, который так и не сбросили. Затем следи сразу за двумя числами: за подверженностью, которую строит цикл, и за выключателем дневного убытка, который должен её поймать.

Выключатель самый обычный, три процента счёта, что при двух процентах на сделку составляет 1,5R убытка. Он срабатывает, когда подверженность в книге, умноженная на встречное движение на позицию, достигает этого значения, значит при n R подверженности ему нужно движение в 1,5, делённое на n.

Взгляд 1, через пять секунд: 1R в книге, 1 000 долларов под риском. Выключателю нужно движение в 1,500R, чтобы сработать.

Взгляд 10, пятьдесят секунд: 10R, 10 000 долларов. Выключателю нужно 0,150R.

Взгляд 25, две минуты пять секунд: 25R, 25 000 долларов. Выключателю нужно 0,060R.

Взгляд 50, четыре минуты десять секунд: 50R, 50 000 долларов. Выключателю нужно 0,030R.

А теперь прочти этот столбец снизу вверх, а не сверху вниз, потому что направление, в котором он идёт, и есть неожиданность. Выключатель становится чувствительнее по мере роста позиции, что звучит как защита и является её противоположностью. На взгляде один, когда остановка стоила бы тысячу долларов, ему нужно движение в пятьдесят раз большее того, на которое он отреагирует на пятидесятом. Пока подверженность строится, он не говорит вообще ничего, потому что смотрит на убыток, а убыток появляется только после подверженности. И когда он наконец заговорит, всё, что он сделает, — не даст тебе добавить к позиции, которая уже равна всему счёту и на которой единственное встречное движение в один R равно ста процентам.

Предел убытка ограничивает плохой день. Только предел позиции ограничивает плохую строку кода.

Число взглядов — это тождество, и его стоит держать при себе: это единица, делённая на твой риск на сделку, то есть пятьдесят при двух процентах, сто при одном и двадцать при пяти. Брать размер поменьше действительно покупает тебе время против твоего же кода, и это единственный смысл, в котором размер позиции защищает от программы, и покупает он его в самой бесполезной валюте, потому что первым кончаются не деньги, а внимание.

Вовремя действует предусловие, а не постусловие. Прежде чем что-либо отправить, спроси у брокера, что у тебя уже есть, и откажись от заявки, если она уводит тебя за предел. Эта проверка идёт на взгляде один, когда подверженность равна 1R, а ответ дёшев, и ей всё равно, двинулся ли рынок. Всякий контроль, читающий цифру прибыли и убытка, стоит ниже ошибки по течению; выше по течению стоят только те, что читают позицию.

Так что запиши свой предел в R прежде, чем напишешь условие входа, и сверяй его с брокером, а не со своей собственной переменной.

Что это не решает

Что задержка — случайное блуждание. Это нейтральный случай, а нейтральный случай — добрый. Если твой сигнал хоть что-то предсказывает про ближайшие пять минут, то эти пять минут ровно та часть, которую ты предсказал, и ожидание отдаёт её обратно, а не просто укорачивает позицию. Эта страница не скажет тебе, сколько именно, потому что ответ — свойство твоего сигнала, а не арифметики, и тот, чьё преимущество живёт в первом баре после срабатывания, должен читать каждое число первой таблицы как нижнюю границу.

Что число сделок — честная валюта для этого. Умножать нужную выборку на 1,013 — издержка лишь тогда, когда ты ограничен выборкой, а при сорока сделках в месяц ты ограничен, и именно этот темп урок 67 перевёл в 14,7 месяца. Стол, делающий четыреста сделок в месяц, не ограничен, и для него та же задержка действительно бесплатна. Первая таблица оценена в единице, которая связывает частного трейдера, и ни в какой другой.

Что пятьдесят взглядов описывают, как программы отказывают на самом деле. Это один определённый отказ: условие, которое остаётся истинным и кормит цикл без памяти. Он выбран потому, что именно он заканчивал счета, а не потому, что он самый частый. Ошибка, срабатывающая один раз, безобидна. Ошибка, срабатывающая, пока условие рассасывается, ограничена этим условием. Эта страница оценила худший случай того отказа, к которому подшито надзорное дело, и больше ничего.

Что предела позиции достаточно. Недостаточно, и брешь та самая, которую открыл урок 68. Предел на одном инструменте ничего не говорит о четырёх связанных, а правило, обходящее пятьдесят символов с пределом на символ, способно собрать ту же совокупную подверженность на двадцати из них, не нарушив ни одного отдельного предела. Проверка, которая это ловит, работает на уровне портфеля, и эта страница её не пишет.

Что эта арифметика решает, автоматизировать ли. Она даёт тебе два числа: одно — во что обходится задержка, другое — чему тебя подставляет её устранение, и она не оценивает ни написание кода, ни его размещение, ни поддержку, ни то, что стоит дороже всего: правило, достаточно точное, чтобы его исполняла программа, — это уже другое правило, не то, которым ты торговал, и эту разницу никто из перешедших ни разу не измерил.

И уступка, которая стоит дороже всего: всё это исходит из того, что правила вообще стоит исполнять. Поиск урока 63, проверка урока 67 и потолок урока 68 действуют раньше, а правило без преимущества, исполненное безупречно, — это правило без преимущества, приходящее быстрее. Вот единственное, в чём реклама права, и это не комплимент. Урок 70 закрывает модуль, направляя счёт из урока 64 на модель, а не на правило, и обнаруживает, что шесть гиперпараметров по пять значений каждый дают 15 625 конфигураций — сетка, которую новичок назвал бы скромной и которая изготавливает 0,318 R на сделку прежде, чем рынок вообще что-то сделал.